Фарлинор
У вас когда-нибудь были внезапные знакомства, которые меняли вашу жизнь, хотя на первый взгляд, ничего существенного они принести не могли? У меня такая произошла.
Тогда, несколько лет назад, когда ко мне в обычной соцсети добавилась милая, симпатичная девушка, я и подумать не мог, к чему приведет наше общение. Обычно, я быстро теряю интерес к подобным собеседникам - заезженные темы для разговоров, отсутствие интереса и тому подобное. Но она была не такая. С ней мы начали часто и подолгу сидеть по ночам, разговаривая обо всем на свете. У нас было много общих интересов. Да и вкусы наши были похожи. Вот так, день за днем, месяц за месяцем, мы все лучше узнавали друг друга, секретничали, откровенничали и даже иногда просто вместе дурачились. Это можно назвать замечательной дружбой по переписке. Собственно, мы хотели бы увидеть друг-друга и вживую, но тут против нас сыграло расстояние.
На этом бы и можно было закончить, если бы однажды моя знакомая не написала, что приезжает в мой город. Немного странным казалось, что визит свой она назначила на зиму, холодное и темное время года, но на тот момент для меня это не имело ровным счетом никакого значения. Вторая странность возникла по её приезду. Встречу она назначила в ночь. Собственно, ничего против я не имел.
И вот настал долгожданный момент встречи. Все шло на удивление цивильно, мы чинно уселись в небольшом кафе и завели светскую беседу. Боже, что же я нес. Я не решался сказать самого главного. Я чувствовал, как меня манило к этой девушке, такой знакомой и загадочной одновременно. Но приличия удерживали меня на месте. А в её глазах прыгали лукавые искорки, манившие к ней, тянувшие к ней, подобно трясине, тянущей утопающего ко дну. Но, в отличие от трясины, поддаться и уступить означало не смерть, а нечто куда более интересное, чем перспектива лежать в земле.
Но судьба в тот вечер повернулась ко мне лицом. После милых посиделок, моя знакомая попросила проводить её до "временного пристанища", как выразилась она сама. Путь наш был недолог и привел прямиком в её гостиничный номер. Вообще, гостиница показалась мне какой то странной - очень безлюдно, тихо, только на входе нас встретил работник гостиницы, который посмотрел на мою спутницу, на меня и, странно улыбнувшись, произнес что-то о том, что "хороший выбор".
И вот, её гостиничный номер, и, как я думал, момент расставания. Но той ночью все шло не так, как я ожидал, а намного, намного лучше. Я помог моей спутнице снять её уличную одежду и уже хотел попрощаться, когда она преградила мне проход. В тихом, мягком свете ламп я отметил, что она необычно бледна, но бледность эта придавала ей непередаваемый шарм. "Скажи мне - я тебе нравлюсь?" - её голос меня завораживал. "Да, очень" - мне казалось, что я сплю. Её рука скользнула по моему плечу, а её губки неожиданно коснулись моего уха - "Так чего же ты стесняешься?". Ответить я не успел - она схватила меня за волосы и притянула к себе, и она наградила меня долгим, очень горячим поцелуем. Её глаза неожиданно вспыхнули красным и она с легкостью кинула меня на двуспальную кровать и приложила палец к моим губам: -"Тссс, прибереги слова на потом" .
Я чувствовал, что теряю рассудок от любовной лихорадки, захватившей моё тело. Она была моей, рядом со мной и мне было не нужно более ничего, кроме неё. Наши тела двигались в едином такте, порыве страсти, который близился к финальному аккорду, скоро все кончится. Я заметил ещё одну странность - необычные клыки моей спутницы. Но это уже было неважно, я чувствовал её запах, он сводил меня с ума, заставляя ускорять темп. И вот, финальный аккорд и... её клыки впились мне в шею. Боли я не чувствовал. Она пила мою кровь, я все сильнее вонзался в её плоть, и вот он, сладкий момент завершения. Наши тела бились в едином такте. Моё сознание улетало куда то, в заоблачные дали и я чувствовал, как слабеет мой пульс. Неважно, я нежно гладил кровопийцу, присосавшуюся к моей шее. И я ни о чем не жалел.
Сознание вернулось ко мне, когда лучи лунного света плясали по моему телу. Странное чувство. Моя кровопийца склонилась надо мной со словами - "Добро пожаловать в вечность, любимый".